Из XX в XXI: путь героя

Анатолий, что заставило взяться за автобиографическую книгу?
Да видно пришло время, что-то накопилось. Я сейчас перечитываю «Жизнь и судьба» Василия Гроссмана, заново открываю для себя Достоевского. Мой старший сын удивляется, что я читаю такие «депрессивные» книжки. А для меня они, наоборот, очень позитивные, духоподъемные. Я сейчас почувствовал, что мне не хватает смыслов в том, что вижу вокруг себя. А эти книги как раз несут в себе очень важные ответы на самые главные вопросы. Возможно, я начал писать, чтобы пройти еще раз собственный путь, восстановить сбитые ориентиры. Мой товарищ из «Новой газеты» сначала посмеялся надо мной, мол, в твоем возрасте стыдно писать мемуары, а, прочитав, позвонил в четыре утра, сказал, что надо издавать.
Эта книжка про то, что я сам лично пережил, и написана она без аналитики. Я видел много разных событий, то, что знаю я, не знает никто. Вот я и решил рассказать по принципу акына: что видел, то пою. Герой на меня похож, он прожил мою биографию, но я – не он. Если взять меня в 10 лет и в 20 лет, то не очень большая разница, но я в 20 и в 30 – это два разных человека. Я в 30 и в 40 – совершенно непохожие люди. Я в 40 и в 48 – тоже разный. Это наши родители жили в советском рассоле достаточно долго, а мы попали в разные рассолы, в разные системы морально-нравственных координат. Но я люблю каждую историю любого из этих периодов.

А почему одиссея пионера?
Как личность я формировался с 10 до 20 лет. В партию вступил в 18, был убежденным молодым коммунистом, тогда мне было все понятно в жизни. Когда я заканчивал училище погранвойск в 21 год, началась перестройка. Так что я рос и формировался в реалиях СССР, но не успел натолкнуться на ограничения бюрократии, не успел разочароваться, как мир начал распадаться на глазах. До сих пор остаюсь пионером, хотя стал успешным при капитализме, но стержень тот же самый. Я непростой человек, и первое впечатление

ошибочно: меня держат за доброго, мягкого и открытого, а я просто воспитанный и умный. У меня есть цели, я умею их ставить и достигать. Но ценности у меня не поменялись, что я в 12 лет понимал как добро и зло, то и сейчас так понимаю. Именно это мне помогает в жизни. Когда ты живешь в одной системе координат, ты будто излучаешь сигнал «свой–чужой», как военный самолет. В жизни было много случаев, когда давили, говорили – прогнись, но я стоял на своем. И всегда находились люди, которые помогали, потому что они в той же системе координат.

Метка Анатолий Ермолин, Лохов Алексей, Нино Самсонадзе, Юлия Семёнова