Столетний юбилей начала одного из самых трагических событий в истории человечества – Первой мировой войны – отмечается по всему свету. Страница истории, навсегда изменившая облик Европы, да и всего остального мира тоже, в нашей стране долгое время почти не изучалась.
Накануне открытия масштабной выставки корреспондентам Eclectic удалось пообщаться с авторским коллективом.
Об уникальных экспонатах, интересных фактах и о том, почему подготовка выставки напоминает остросюжетный детектив, нам рассказали научные сотрудники Государственного исторического музея Андрей Матвеев и Александра Свинаренко.
Андрей, Александра, скажите, в чем уникальность данной выставки?
Александра: Долгое время, на протяжении советского периода о Первой мировой войне практически не вспоминали. Война была забыта, ее называли империалистической, и единственной позитивной памятью о ней было то, что она приблизила крах Российской Империи. В Европе же, всегда был совершенно иной взгляд на эти события. Теперь мы стараемся наверстать упущенное, показать войну с разных точек зрения, основываясь на музейных экспонатах.
Андрей: Отчасти нам повезло. Поясню почему: наша выставка открывается несколько позднее, нежели в других музеях. Поэтому мы имеем возможность суммировать их опыт. Тема достаточно животрепещущая, не только потому, что война была забыта, но и из-за того, что выставки, посвященные ей организовать не так-то легко. А в Государственном историческом музее есть немало поистине уникальных предметов, которых больше нигде нет. Порой войну освещают несколько однобоко, мы же стремились сделать акцент на действительно знаковых вещах. У нас нет перевеса в сторону плоскостного материала (документы, плакаты, картины – прим. Eclectic), оружия, или быта и вещей. И войну мы рассматриваем, в первую очередь, как трагедию, как подвиг нашего народа, воздерживаясь от резких суждений. На войне сражались простые солдаты, совершали подвиги…
Вы представляете авторский коллектив выставки. В чем особенность деятельности авторов музейной выставки?
Андрей: Об этом можно очень много рассказать. Наша работа заключалась в создании экспозиции, выборе экспонатов. Почти два года шел непрерывный процесс изучения фондов музея. Мы что-то выбирали, затем что-то, что казалось менее значимым, отметали. К сожалению, все показать невозможно. Некоторые вещи требовали дополнительного изучения, ведь аннотации по многим из них были сделаны еще в 1930-е годы!
Александра: Да, как оказалось в музее очень много вещей, связанных с Первой мировой войной, которые были скрыты глубоко в фондах и о существовании которых не подозревали даже хранители. Например, коллекция предметов военного врача, разбросанная по нескольким фондам…
Андрей: Единый комплекс, разделенный на отдельные вещи… И мы по цепочке выискивали их в разных местах. А там много интересных предметов: окопное творчество солдат, например. И полушубок его нашли, и даже есть походная кровать! Принадлежало все это одному человеку. Нельзя в этом винить хранителей, ведь они следят, по мере возможностей, за фондами, но до сегодняшнего дня многое было просто-напросто не востребовано! Вот такая внутренняя специфика.
Но помимо коллекции Исторического музея Вы использовали и экспонаты из западных музеев…
Андрей: Да, конечно. И это объясняется несколькими факторами. Во-первых, это укрепление международных исторических и культурных связей, ведь выставка изначально задумывалась как международная. А, кроме того, в западных музеях есть по-настоящему уникальные вещи, которых нет у нас. К примеру, французскую армейскую униформу мы брали во Франции. В России Первая Мировая война закончилась Революцией, поэтому очень многие вещи, которые могли стать экспонатами были утеряны…
Александра: А какие-то просто использовались и не сохранились.
А как складывалось взаимодействие с западными музеями, не возникало ли проблем, непонимания?
Андрей: Какие-то несостыковки бывают всегда. Иностранные музеи, например, предъявляют очень жесткие требования к экспонированию своих предметов. Но в основном, отношения доброжелательные, нам всегда старались идти на встречу.
Александра: Проблем была не в том, что кто-то не хотел сотрудничать. Просто все музеи Европы стремятся в этот столетний юбилей создать свою выставку и лишних экспонатов, практически ни у кого нет.
Андрей: Но, повторяю, нам охотно шли на встречу. Это касается не только зарубежных музеев, но и российских.
Вот, например, в Царском Селе открылся музей, посвященный Первой Мировой, но они, несмотря на это, прислали нам интересные экспонаты, например черкеску Николая II.
Обратные примеры, я думаю, тоже имеют место…
Александра: Конечно. В берлинском историческом музее проходит выставка, где представлены предметы из наших коллекций.
Тенденции последних лет использование в рамках различных экспозиций мультимедиа-технологий. В залах нынешней выставки я тоже увидел несколько экранов….
Андрей: Я в этом плане человек весьма консервативный. Мультимедиа-технологии должны дополнять выставку предметов, но ни в коем случае не перекрывать и даже не находиться на равных. Мы, в первую очередь, показываем уникальные настоящие вещи, человек приходит посмотреть на них. Безусловно, во многих провинциальных музеях, где есть недостаток в экспонатах и желание это компенсировать, уместно использовать мультимедиа-технологии, чтобы показать войну.
Александра: Кстати, каждый провинциальный музей тоже хочет создать выставку, посвященную Первой мировой войне. Нам поступило множество запросов с просьбами прислать какие-то вещи для экспозиций, и в результате, родилась идея передвижной копийной выставки. Мы отобрали около ста экспонатов плоскостного материала — документы, фотографии, плакаты — то, что можно отсканировать.
Андрей: Например, карточки беженцев. Ведь мало кто знает, что они тогда существовали, равно как и военно-промышленный комплекс…
Александра: … и передвижная выставка показывает эти материалы всем заинтересованным людям.
Какие экспонаты, по Вашему мнению, представляют наибольший интерес?
Александра: Из уникальных экспонатов я отметила бы ратификационную грамоту англо-русского договора о сотрудничестве, которая завершила формирование Антанты. На ней подпись короля Великобритании Эдуарда VII. Кроме того, есть письмо Николая II, написанное за день до начала войны и адресованное министру иностранных дел Сазонову. В нем Император России пишет о возможностях избежать войны и призывает к обсуждению вопроса на мирной конференции. Ну и в последнем зале есть грамота, ратифицировавшая Брестский мирный договор за подписью императора Вильгельма.
Андрей: Что касается вещей, то у нас есть авиационная пилотка. Вещь уникальная, так как мало кто подозревает, что пилотка — это форменный головной убор авиаторов. Поэтому, она так и называется — «пилотка», «полетка», «перелетка». Очень часто показывают шлемы авиаторов, которые сделаны из кожи (потому и сохранились хорошо!), а вот суконные пилотки — большая редкость!
Есть еще авиационный наградной кортик. О морских кортиках тоже все знают, а вот увидеть авиационный, можно далеко не везде. Интересен «брусиловский комплекс» — набор вещей генерала Брусилова, которые были переданы его супругой в наш музей.
Александра: И еще я бы обратила внимание на коллекцию графики — портретов солдат и генералов, написанных на фронте.
Андрей: Много интересных трофейных экспонатов — знамя крепости Перемышль, трофейная табличка с австро-венгерской границы. Это тоже уникальные предметы!
Как считаете, какие впечатления останутся у посетителей выставки?
Андрей: Сложно предполагать, люди придут, посмотрим. Для нас это тоже своего рода аттестация. Но хочется, чтобы у людей отложились цельные образы, которые мы создавали из вещей. Чтобы люди имели представление о Первой мировой войне не как о чем-то далеком, а как о реальности. Мы хотели приблизить память, восстановить ее. О Великой Отечественной войне мы знаем достаточно много, а эта война, хотя она тоже Мировая, остается забытой и неизвестной.
Александра: Да, быть может, посетители найдут что-то новое, что-то такое, что заставит задуматься и о прошлом и о настоящем.
Своими комментариями, относительно предстоящей выставки, с Eclectic поделились Ирина Львовна Журавская – старший научный сотрудник ГИМа – и Ансгар Райсс – директор Баварского музея армии.
Ирина Львовна Журавская:
Работая над выставкой, мне хотелось бы, чтобы посетитель познакомился с этой страницей истории. Чтобы понял — война — это безумие, ее можно и нужно остановить. Некоторые документы очень трудно читать без некоторой дрожи (речь о письме Николая II министру Сазонову – прим. Eclectic). Экспонатами трудно показать весь ужас войны, поэтому мы используем кинохронику, в которой делаем упор на ужасах военного времени, что, надеюсь, тоже заставит людей задуматься о многом.
Ансгар Райсс:
Мне кажется, что это очень интересно и значимо, что Исторический музей откликнулся на такое важное событие, как столетие начала Первой мировой войны. Воспоминания о грустных событиях всегда оставалось в тени, в частности в Германии, после окончания Второй мировой войны. Хорошо, что сегодня мы возвращаемся и обращаемся к нашей общей трагической истории. Это наше общее воспоминание о событиях забытой Великой войны, и важно понимать, чему мы научились, какие уроки извлекли из нее. Предметы, собранные здесь и в других музеях (особенно это касается трофейных экспонатов) являются посланниками разных стран, напоминают нам об этих событиях, приводя нас к размышлению о том, что мир лучше, чем война и о том, как нам мирно сосуществовать в современности!
Олег Панасюк
Фото: Олег Панасюк, Дмитрий Веселов.
На фотографиях:
1 – Портреты героев Первой мировой войны – важная часть экспозиции новой выставки.
2 – Предметы быта. Здесь можно найти немало любопытных экспонатов.
3 – Александра Свинаренко и Андрей Матвеев , сотрудники ГИМ, члены авторского коллектива выставки «Первая Мировая. Последняя битва Российской империи»
4 – Ирина Львовна Журавская, старший научный сотрудник ГИМ. Автор выставки «Первая Мировая. Последняя битва Российской империи»
5 – Ансгар Райсс – директор Баварского музея армии
Метка выставка
Поделиться:
Еще на эту тему
-
Арт-Лето дайджест за 20 лет: достичь вечной мерзлоты и не остановиться
За 20 лет деятельности творческое объединение Арт-Лето переросло все известные форматы – от галереи до продюсерского центра и движется навстречу неизведанным...
-
Дарья Воронина: «Моя Москва — яркая, нежная и немного тяжеловесная»
Экспозиция графических работ художника, посвященных Москве, разместилась на стенах прекрасного Дворца русского народного фольклора «Русская песня».
-
Что снится осенней Москве?
В столице выбрали лучшего стрит-арт художника России и СНГ
Добавить комментарий
Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.