Шнур «39+»

А если бы у вас появилось время и захотелось выплеснуть что-то на бумагу, что бы вы изобразили?

Меня волнуют категории, которые довольно сложно изобразить: скорость света, течение времени. Почему музыка мне интересна? Потому что она находится во времени и больше нигде. Музыка сейчас есть, а потом ее тут же нет. Меня интересует сиюминутность, через которую проглядывает вечность.

С песнями группы «Ленинград» та же история?

Да, в низком мы пытаемся увидеть высокое, пробивающееся сквозь свет, понять, что тень – тоже явление световое, что необходимо соединить несоединимое. Все как обычно. Мы вообще всегда занимаемся тем, что пытаемся поймать время за яйца. Иногда получается, но чаще всего они выскальзывают. У времени очень скользкие яйца.

А ураган страстей и эмоций – это и есть хороший концерт?

В случае «Ленинграда» – да. Ну и в случае, собственно говоря, Бетховена тоже да.

Знаете, у вас классная майка. Уверена, то, что на ней написано, неслучайно…

AC/DC на груди? Мне нравится AC/DC, да.

А что, например, тут еще могло быть?

Да все что угодно. Пожалуй, только цифры я не люблю… Гениальную футболку, нет – олимпийку, я видел на ресепшен в гостинице города Орел. Жалко, не сфотографировал. Где-то за месяц до нас туда приезжал певец Стас Михайлов, забыл ее там. Так вот на черной олимпийке была фотография, которая просто из головы у меня не выходит, – вот такой золотой православный крест во всю грудь. Это мощь, конечно. Это вам не AC/DC на  майке.

Слушайте, а ведь вы со Стасом Михайловым – две противоположные планеты! В его творчестве явно доминирует желание понравиться…

Стоят два чувака с гитарой, поют какую-то … Единственное, в чем мы расходимся, если взглянуть с бесконечной удаленности и со стороны вечности, то, пожалуй, в том, что, как мне кажется, у него нет самоиронии, а у меня она присутствует.

Всего лишь в этом?

Конечно!

Беседовала Юлия Смолякова
Фотографии: Виктор Новиков

Метка Интервью, музыка, Сергей Шнуров, Шнур