взгляд

Теория добрых дел

[one_half]Проходит ли потенциальный волонтер какой-то фейс-контроль перед тем, как попасть, например, в больницу?
Можно проверить по профайлам в соцсетях, ведь если человек на своей страничке пишет «хочу убить всех детей», вряд ли ему нужно в детский дом, но вообще проверки не практикуются. Обычно волонтер попадает сначала на форум, где он указывает все свои данные, и с ним начинают общаться, и, прежде чем он поедет куда-то, он должен будет поучаствовать в сборах подарков и в других собраниях. В волонтерских движениях кураторы доверяют своему общему впечатлению, тестов психологических никто не проходит и справок о неприводе в милицию не предоставляет. Волонтер – это человек, который добровольно решил потратить свое свободное время на то, чтобы кому-то что-то хорошее сделать бесплатно.

Как, кстати, прошли субботники в этом году? По-моему, как-то незаметно.
Вообще, был ужасный спад. То ли убрали все, то ли тема уже приелась… «Мусора больше нет» – это такое общероссийское движение, которое всегда было без управления. Был у него идейный вдохновитель – Денис Старк, но внутри движения никогда не было четкой иерархии. Почему у нас в корпоративном волонтерстве все хорошо работает? Потому что там все строится по корпоративному признаку, нет стихийности, как в клубах волонтеров, где уходит человек – уходит целое направление. К примеру, ушел куратор, который общался с руководством детского дома, и два-три месяца приходится восстанавливать отношения.

А случаются перегибы, казусы, когда «лучше бы не помогал»?
Да, постоянно! Этими бесконечными подарками детям мы расплодили иждивенцев. В обществе мало информации о том, кому какая нужна реальная помощь, о том, что есть одинокие старики, инвалиды, многодетные семьи, больные СПИДом, которым нужна не только материальная помощь, но и моральная поддержка – может быть, стоит туда вкладывать ресурсы? В общем, направлений много, а все бегут в детский дом.

[/one_half][one_half_last]Может ли оказаться непредсказуемым поведение волонтера-новичка в стрессовой ситуации?
Я начала работать в крупной компании в 23 года, где меня поставили ответственной за благотворительную зону. Как-то мы с президентом компании поехали в детский дом. Идем по коридору, а навстречу нам бежит ребенок и кричит: «Мама, папа!». Моей первой реакцией было спросить: а где у вас дамская комната? Полчаса после этого рыдала, прежде чем прийти в себя. Еще у новичков бывает ступор. В таких случаях, наверное, главное – человека сразу к делу прикрепить, но это уже опыт управления персоналом. Если хочешь начать волонтерить, присоединись для начала к кому-то, собери информацию, посоветуйся, почитай литературу – ломиться напролом не стоит.
Есть ли у волонтеров некий снобизм по отношению к не волонтерам?
Есть, но он проходит с мудростью. Сначала так: «Я – волонтер, а вы все нехорошие люди, потому что не такие, как я». Некий юношеский максимализм, и волонтерская деятельность постепенно его изживает. Но ты постоянно встречаешься с массой хороших людей, все тебя любят, и это исцеляет. Раньше я была очень нетерпима, так как считала, что все должно быть справедливо, честно и правильно, но со временем перестала вешать ярлыки и принимаю людей такими, какие они есть.