Елена Тарасова: объединяя 200 лет истории музыки

Елена Тарасова – заметное и очень уважаемое имя в кругах ценителей академической музыки. Пианистка, выпускница Московской консерватории, лауреат международных конкурсов, участник программ Московской Государственной Академической Филармонии, преподаватель Московской консерватории, член World Piano Teachers Association, член Международного союза музыкальных деятелей, автор идей и художественный руководитель ряда молодежных музыкальных проектов… Об этих и других своих достижениях и проектах Елена рассказала в интервью по случаю выхода нового альбома «La Folie», который уже получил признание в Европе.

Елена, расскажите о начале вашего творческого пути. Как зародилась любовь к музыке и когда вы впервые начали играть?

Вряд ли смогу ответить на вопрос, как зародилась любовь к музыке, но точно знаю, что к моменту первого соприкосновения с инструментом это тяготение к миру звуков уже существовало. Музыка всегда была важной составляющей жизни моих родителей – для мамы это любимая профессия, она педагог фортепиано; для папы – особое пространство высокой гармонии, он меломан со стажем и глубокими познаниями. Безусловно, родители передавали эту любовь и мне. Не помню первых своих музыкальных впечатлений; мне кажется, что первыми яркими впечатлениями в области искусства для меня стали впечатления театральные. Что касается первых опытов игры на инструменте – это произошло в 3,5 года. Я слушала домашние занятия мамы, она играла тогда «Английские сюиты» Баха и сонаты Моцарта. Помню, что после одного из таких занятий я подошла к инструменту и начала играть фрагменты сочинений, которые запомнила на слух по репетициям мамы. В четыре года меня начали обучать игре на фортепиано.

В 2020 году вышел ваш новый альбом La Folie, который получил большой отклик за рубежом. На ваш взгляд, в чем отличие российской публики от зарубежной?

В разное время отвечала на этот вопрос по-разному. В сегодняшнем времени предположу, что аудитория академических концертов делится на две категории. К одной относятся те, кто искренне стремится навстречу высокому искусству; желание постичь красоту и символику этого мира – или же просто пребывать в этом мире гармонии некоторое время – является для них духовной потребностью; в общении с прекрасным они переживают катарсис. К другой категории относятся те, кто воспринимает искусство как форму досуга, социального имиджа, посему присутствуют «рядом» с искусством, но не стремятся войти с ним в диалог. Мне кажется, отличие аудитории кроется в этих категориях – не в принадлежности к российской или зарубежной. Но соотношение двух упомянутых категорий в зависимости от страны, полагаю, будет разным.

Как привить молодому поколению любовь и заинтересованность к академической музыке?

В сегодняшнем пространстве есть множество разных проектов и программ, созданных во имя этих целей. Но по моему скромному мнению, самым действенным в этом процессе зарождения любви к искусству является создание соответствующей среды в семье. Если искусство воспринимается как естественная и неотъемлемая линия, органично существующая в жизни человека с самого раннего детства, то прививать позднее любовь к искусству уже не придется, а отсутствие искусства в повседневной жизни будет для него чем-то странным и непривычным. 

В рецензии на альбом La Folie немецкий критик Изабель Федрицци пишет: “С кажущейся легкостью она (прим. Елена Тарасова) создает впечатляющую эмоциональную напряженность, объединяя 200 лет истории музыки”. Как вы работали над концепцией данного альбома?

Мне всегда интересны «игры разума», поиск того, что объединяет сочинения в программе или же убедительно противопоставляет их. Появляются арки, параллели, внестилевые линии – и самоценные сочинения программы объединяются в новую смысловую историю. Как и в предыдущих поисках, меня вел исследовательский интерес. В результате подобных экспериментов может получиться интересная смысловая архитектура.

Расскажите про ваш самый запоминающийся концерт. Волнуетесь ли вы перед выходом на сцену. И если да, то как побеждаете волнение?

Иногда мне кажется, что я помню каждый свой концерт – и пока что не нахожу опровержения этой мысли. Но расскажу про свой первый выход на сцену; мне было тогда пять лет. Наверное, это единственное выступление, которым я абсолютно довольна. Зал музыкальной школы, дневной концерт, яркое солнце в больших окнах и улыбающийся рояль Estonia. Среди зрителей вижу волнующихся родителей, но мне легко и спокойно.

Предсценические легкость и спокойствие уходят, когда мы взрослеем и осознаем себя, себя в профессии – и саму профессию. Разумеется, приходят волнения – и подчас не одни, а в компании со стрессами и страхами. «Волнение» и «страх» — понятия разные, их важно вовремя классифицировать, чтобы не укрощать необходимое. Волнение как синоним трепета или предвосхищение таинства – то самое необходимое в сценическом явлении, что придает нам состояние сверхпроводимости, сверхчуткости; оно помогает нам, и его не нужно побеждать.

Кто из современных композиторов вам симпатичен в творческом плане? С кем хотели бы поработать?

Мне близки творческие миры Алексея Курбатова, Павла Карманова, с ними я встречалась в работе… Совершенно особенным пространством для меня является музыка Арво Пярта и Георгса Пелециса; возможность даже непродолжительной творческой встречи была бы для меня огромным счастьем…

Каким для вас был 2020 год? Как отразилось на профессиональной деятельности введение режима самоизоляции и переход в онлайн? Что бы вы пожелали нашим читателям в новом году?

В течения пяти месяцев изоляции концертная жизнь находилась в вынужденной паузе. 1 августа я узнала о том, что мой фестиваль OPUS UNIVERSUM сможет состояться. Спустя пять месяцев мы вновь вернулись к зрителю, переоценив многое в нашей жизни – как реальной жизни, так и творческой.

Что же касается онлайн-форматов в нашей профессии… Знаете, в конце ноября я пригласила к диалогу в прямом эфире моих любимых и прекрасных коллег. В рамках спонтанно придуманного онлайн-проекта «Диалоги во времени» мы говорили о времени, о нас в этом времени, о жизненных ценностях, внутреннем равновесии – и, конечно же, о творчестве в контексте этого периода. А потом мы соединили фрагменты этих эфиров в единый видеорассказ. Это нельзя со всей ответственностью назвать фильмом; скорее, это видео, созданное «в жанре времени» — в жанре видеосвязи, которая в период изоляции была для многих едва ли не единственной возможностью общения с друзьями, коллегами, близкими людьми. Но все же это некий видеодокумент времени. Очень творческий, очень искренний, очень живой. Мне кажется, этот документ ответит на ваш вопрос значительно лучше, чем я.

Мне очень хотелось бы, чтобы каждый день мы наблюдали бы уверенное обретение потерянного миром равновесия – и вместе с этим возвращающимся равновесием мир обретал бы более счастливое звучание. Я очень желаю этого равновесия и счастливого звучания каждому из нас.

Беседовал Олег Второй
Фото: Эмиль Матвеев

Метка Елена Тарасова, Интервью, пианист