Дом, который всегда с тобой

вела тропинка, утопавшая в траве и кустарнике. Зимой туи под тяжестью снега ложились на землю, и надо было их обтрушивать. Папа всегда выходил убирать снег с самого раннего утра… «везло» ему… но он это любил!

Сад был по-английски весь такой неправильный, с лужайкой японс­ких фиалок, кучей фруктовых деревьев и кустов. Помню, бабушка гоняла окрестных псов – им жутко нравилось валяться на этих бледно-фиолетовых пушистых звездчатых цветах. Было в этом что-то айтматовское.

Когда я уехала в Киев, мне очень не хватало этого поместья. Я взахлеб рассказывала о нем друзьям, хотела их всех привезти туда и все показать: эти залитые солнцем паркетные дос­ки в детской, этот балкон с кованой решеткой и роскошной махровой сиренью внизу, вьющийся виноград, что соседи регулярно срезали, а мы все равно сбрасывали катушки с нитками, и он струился к нашим окнам.

Потом, когда бабушка собралась уходить, получилось, что ее последние десять месяцев я снова прожила в этом доме. Был 1995 год. Полный кризис. А в этот год, будто чувствуя приближение конца, все вокруг стало буйно красивым – и природа, и птицы, и животные… Я передвинула бабушкин диван так, чтобы она смотрела в окно.

Каждый вечер за час до заката прилетал дрозд, садился на высоченную ель посреди палисадника и вызывал меня. Я выходила и свистела ему, он мне отвечал, и так – пока солнце не зайдет. Вступали и другие птицы, а вокруг буйствовали травы, цветы, кустарники. Деревья рванули за этот год куда-то совсем далеко вверх, будто знали, что это их последнее лето. Потом я садилась за рояль, играла Шопена и пела Вертинского, а внизу рабочие, нанятые новыми владельцами квартиры на первом этаже крушили стены.Бабушки не стало в ноябре. В день, когда она умерла, умер католический епископ Львова, в городе весь день били все колокола. Я тогда поняла что-то о бабушке. И почему с ней ушел весь мир. И почему колокола плачут. Ее комната «сжалась», а ведь она была такая большая. Тогда и пришло понимание света человеческой души, который освещает и увеличивает пространство.

Метка Валерия Соколова, Ланна Соколова, Нино Самсонадзе, Станислав Соколов