Егор Зайцев.

Егор Зайцев – ночной волк. Один из четырех оставшихся в живых отцов-основателей мотоклуба «Ночные волки». Но «Ночные волки» и первые годы клуба – это отдельная история. История не о мотоциклах, а о «войне». Восьмидесятые. «Металлисты» против «люберов». Отрывок из его поэмы «Война»: «…А кошмар для них – это мир Земли, Без погон и границ, без собак и тюрем. Наши дети дойдут, раз мы не дошли – Мы за счастье детей с отцами воюем. Война на улицах и площадях, Война в идеях и идеалах. Пусть мир другие  освободят – Нас, просто, было сегодня мало». Тридцати лет для изменения мира тоже оказалось мало. Он был на баррикадах в 1991-м и 1993-м. А теперь…

[/one_half] [one_half_last]Егор: «Сейчас я не могу позволить себе роскошь выезжать на трассу. Я стал индивидуалистом, в групповые выезды уже сложно вписаться. Езжу на работу и с работы на мотоцикле. Приезжаешь домой другим, очищенным, езда на мотоцикле оздоравливает психику. Доля стресса есть, мотоциклист – самый незащищенный участник движения. Но это-то и мобилизует. Ты не разваливаешься и не строишь из себя что-то важно-гадкое. Катя каталась со мной до рождения Насти и приходила в ужас от моей манеры вождения. Я ору, обгоняю, подрезаю, корчу рожи на светофорах. А Маруся, когда была маленькая, гордилась: я приезжал и катал ее вокруг дома на зависть соседским ребятишкам. Я общаюсь со своим мотоциклом, чувствую, когда делаю ему больно, когда он скучает, когда он радостно меня несет».

Казалось бы, вот тебе безграничная свобода – делай то, что считаешь нужным, живи там, где лучше. Но его жизнь, словно окружность, имеет единственный неподвижный изначально заданный центр. Радиус вращения может меняться, но закон неизменен. Его закон – это закон верности. Верности себе, верности искусству, верности любимым людям.

Когда разговариваешь с ним, приходится щипать себя за руку: не он противоречив, а наши узкие представления о «художниках от моды» примитивны. Мы еще согласны на широту: сегодня занимается одеждой, завтра очками, послезавтра мебелью… Нас пугает соединение глубины и высоты, словно нам придется отвечать за то, что увидели и услышали. А после разговора вздыхаешь: максимум того, за что придется отвечать – добрые слова, которые принимаются с такой признательностью, что хочется таскать их к его ногам корзинами и ведрами.

Я принесла с собой большой комплимент – искреннее восхищение стихами поэта Егора Зайцева. И увидела застенчивую улыбку большого человека. «А мне многие говорили, что от них становится грустно и больно», – Егор качает головой. «Стихи должны бить под дых, а иначе это не поэзия», – вступаюсь я за братство стихотворцев, которые просто пишут, как дышат, без позы. А как у него получается проза! Превосходный, богатый, редко встречающийся сейчас язык от сочного, выпуклого «гаврилиадского» текста до пронзительной нежности тонкой лирики. Точные формулировки и яркие описания. И острое ощущение того, что тексты и стихи существуют для немногих, они на дальней полке его жизни. Полка доступна, можете брать: www.yegorzaitsev.ru[/one_half_last]

Метка дизайнеры, Интервью