параллели

Интервью, которого не было

[one_half]Как такие вещи вообще были возможны?
Я прибыл в Париж: была осень 1925-го. Во французской столице бушевала великая вакханалия современной живописи. Торговцы картинами установили настоящую диктатуру. Это они, со своими оплаченными критиками, создавали или разрушали любого живописца независимо от его художественной ценности. Так, торговец или группа торговцев могли прекрасно повысить ценность картин художника, лишенного малейшего интеллекта, прославить его имя на всех континентах. Они могли также и бойкотировать, задушить и довести до нищеты живописца большого таланта. И делали все это, пользуясь небывалым смятением, царившим и, к сожалению, царящим как никогда в деле искусства, эксплуатируя бесстыдным образом снобизм и глупость определенной категории людей.

Какие инструменты задействовали торговцы ради достижения своих целей?
Между торговцами и их окружением существовала подлинная масонерия со своими ритуалами, законами и системами, которые работали изумительнейшим образом.
Знаменитым трюком, например, была фальшивая продажа на аукционе в Hôtel Drouot. Допустим, торговец хотел заставить всех поверить, что картины определенного живописца, которого он поддерживал, стоят очень дорого. Он выставлял одну из этих картин на аукцион в Drouot, на самом деле уже принадлежавшую какому-нибудь коллекционеру, который был в сговоре с торговцем. Сам продавец в день аукциона посылал несколько доверенных людей, которые поднимали цену на работу, и натурально жертвовал определенной суммой, чтобы заплатить проценты в кассу продажи. Таким образом, картина фигурировала как проданная по очень высокой цене, в то время как не была продана в принципе. Затем она укладывалась на некоторое время «на покой» в кладовке торговца или подвале коллекционера.
Роскошные журналы оплачивались специально, чтобы поддерживать определенную живопись или ее некий жанр, и во всей этой похабной толчее говорилось о чем угодно, кроме как о качестве произведения и художественной ценности картины. Никогда с тех пор, как мир существует и люди стараются рисовать, живописать, лепить или высекать, никогда наивысшие ценности духа и высочайшее вдохновение человека, которые есть искусство и произведения искусства, не были до такой степени зверски проституированы и затянуты в трясину. Два наибольших позора нашего времени – поощрение зла, которое происходит в деле искусства и которому не противостоит[/one_half][one_half_last]никакая власть (ни гражданская, ни экклезиастическая), и спекуляция, что базируется на обмане, можно даже сказать на мошенничестве, пользуясь невежеством, тщеславием и глупостью нынешних людей.

Загадка Оракула. 1910

Какова ваша позиция относительно тех фактов, которые вы описываете?
Все это имело и имеет единственную цель, единственный рубеж – деньги. Заработать любой ценой под эгидой фальшивого художественного идеала. Я обвиняю открыто и смело вcю эту бесславную породу, которая содействовала и продолжает содействовать упадку живописи до того уровня, до которого сегодня она пала. Обвиняю за сегодня, за завтра и принимаю на себя полную ответственность за подобное обвинение. Я уверен, что усилия, которые делаю я и кое-кто еще для возвращения живописи на уровень благородства и достоинства, не окажутся бесплодными. Я не теоретик или тот, кто говорит в пустоту. Если говорю так, то потому, что изучил и исследовал проблему глубоко. И другие говорили и писали об упадке современной живописи, но это были люди, понимающие проблему до определенного предела и не сумевшие вложить палец в рану так, как это удалось мне. Потом, чтобы иметь действительное право говорить подобным образом, необходимо быть прежде всего изрядным живописцем и уметь написать картины, которые только я сумел написать в этой первой половине нашего века. Нынешнее занятие искусством – разновидность занятия для дураков, воров и сутенеров, распространившееся по всему миру, но происхождение и централь его находились в Париже.[/one_half_last]

Метка Алла Никифорова, Андрей Шервуд, Джорджо де Кирко